Как происходит исцеление в Церкви

В распоряжении Православной Церкви есть все средства для спасения человека. Но первый шаг к нему, который мы должны сделать сами, — это. смирение и покаяние.

Неотъемлемое свойство Христовой любви и Божественного бытия — смирение. Афонский старец Силуан, испытав богооставленность, долго с плачем молился. Но Бог не отвечал ему. Силы монаха истощились, и он в отчаянии воскликнул: «Ты неумолим!» И тогда он увидел живого Христа. Огонь пронизал его сердце и все тело с такой силой, что если бы видение продлилось, человек бы умер. «Невыразимо кроткий, беспредельно любящий, радостный, непостижимого мира исполненный взгляд Христа» инок уже никогда не смог забыть.

А митрополит Вениамин (Федченков) рассказал, как он увидел Матерь Божию.

«Одно время у меня встал вопрос, удалить ли от себя некоего сотрудника или еще перетерпеть? И в этом недоумении я написал письмо Святейшему Патриарху. Он ответил мне в том смысле, что и правда должна быть с любовью, и любовь с правдой.

Однажды я лег спать в три часа утра, дел было много. И только я лег в постель и погасил электричество, как в это мгновение (я еще нисколько не засыпал, это я точно знаю) увидел полутемную фигуру Божией Матери (без Младенца Иисуса Христа), сидящей на стуле в смиренной позе с нагнутой направо головой. И такая Она была смиренная.

И этим Она указывала путь смирения мне».

Христианин знает, что основа его спасения лежит в осознании им своей немощи. Лишь когда мы придем к сознанию, что мы — ничто, Бог начнет творить из нас нечто.

Смирение не заключается в том, чтобы позволять втаптывать себя в грязь. Наоборот, оно дает твердость устоять в чистоте и решимость к покаянию.

Где нет покаяния, там невозможна духовная жизнь. О какой духовности может идти речь, если я и так самый лучший? Зачем курице жемчужина, ей нужен червяк. Гордый человек полон собой, упоен собой, подойти к нему трудно Богу и людям. И в этом таится огромная энергия разрушения, прежде всего — для него самого.

Вокруг гордого наркомана или алкоголика и вовсе гудит адское пламя, из которого надо вырваться к Богу. Шаг этот нелегок. Святитель Феофан писал: «Святые отцы знали лишь один способ внедрения в сердце добрых расположений — немилосердное самопринуждение».

Наш современник схиигумен Савва учил: «А чтобы просветиться и встать на путь добродетели, нужен резкий толчок... Нужен как бы взрыв атомной бомбы в душе. Она все вокруг истребляет, ничего не остается, никаких следов, даже от камней и металла... Вот такое же действие в душе должно произвести покаяние. Оно должно быть настолько искренним, настолько горячим, должно приноситься с таким сокрушением сердечным, с таким страхом Божиим, что в душе не должно остаться ничего грязного».

Первый шаг к покаянию — исповедь, на которой каются в своих грехах начиная с семилетнего возраста. Идти с ними к батюшке .хорошо с таким чувством: пусть меня весь мир осудит, лишь бы Бог простил. И батюшке такой прихожанин мил, потому что серьезно спасается.

Грехи, со слезами исповеданные, как сучья отрубленные, они уже нами не питаются. Господь сожжет их.