Действие различных наркотиков

Но вскоре представилось мне другое. Мне казалось, что я сидел у огня... за маленьким столиком, на котором стояла одна свеча, и читал книгу. На камине против меня было зеркало, и я, по временам поднимая голову, увидел в оном преследующий меня труп, который, наклонившись, читал через плечо мое книгу вместе со мною. Это был труп человека лет в пятьдесят, с длинною поседевшею бородою и такими же волосами, которые доходили у него до плеч; я чувствовал, как эта отвратительная борода касалась моего лица и шеи.

Легко можно вообразить себе весь ужас подобного видения; я не смел пошевельнуться, перевернуть листок в книге, устремив глаза на зеркало, в коем отражался страшный призрак.

...Вдруг дверь с шумом растворилась, и я увидел в зеркале печальную процессию, входящую в комнату, ужасные скелеты держали в одной руке свои головы, а в другой — длинные свечи, горевшие бледным голубоватым огнем, похожим на лунный свет. Они попарно ходили по комнате, которая из теплой сделалась нестерпимо холодною...

...Всякую ночь мне виделось, что я схожу — говорю без преувеличения — в бездонные подземелья и пропа¬сти, и схожу без малейшей надежды возвратиться. Даже по пробуждении я долго не верил, что вышел из мрачных погребов на белый свет».

Бывали и такие видения: «лицо человеческое начинало являться на воздымающихся волнах океана; море было как бы вымощено бесчисленным множеством лиц, обращенных к небу; некоторые из них плакали, другие были в отчаянии и ярости, поднимались тысячами, мириадами, в виде пирамид, поколениями, веками; терзания мои при сем зрелище — невыразимы; душа моя воздымалась с волнами океана». <.p>

Французский писатель К. Фарер написал книгу «В чаду опиума», которую перевели в России в 1914 году. Он писал:
«О, какие муки я испытываю! Огнь добела раскалил мои внутренности. Внутри у меня рана от глотки до пяток. Сплошная рана, ничего не щадящая рана, ни вен, ни кишок, извергающая вечное пламя. Все реки, озера, моря, океаны не могли бы затушить этот огонь.

...Бесконечные дни и недели без всякой еды и питья, все это — ничто, меньше, чем ничто, это — наслаждение по сравнению с часом, проведенным без опиума.

..До курения я умираю от потребности в опиуме, умираю потом и во время курения, и всегда. Едва оставляю трубку, как плоть моя начинает страдать, но стоит мне вдохнуть ее пары, как новое страдание обрушивается на меня.

...Кошмары!Никто, кроме курильщиков опиума, не знает, что такое кошмар..... Я слышу неведомые звуки —-такие, которых никто никогда не слыхал, —замогильные, бледные звуки... Я слышу, как трещит дерево гробов...»

При опийной наркомании абстинентный синдром («ломка») формируется уже после нескольких инъекций препарата.